Damnatio memoriae — «проклятие памяти». Сенат мог постановить уничтожить все упоминания об осуждённом: стереть его имя с надписей, снести статуи, изъять монеты. Процедура применялась к императорам, признанным тиранами: Нерон, Домициан, Калигула — их имена счёсаны с мрамора тысяч надписей по всей империи.
Тацит описывает дискуссию в Сенате после смерти Домициана: предлагалось уничтожить всё, что он оставил после себя. Плиний Младший в «Панегирике» Траяну призывал именно к этому. Историческая ирония: уничтожение памяти породило особую форму памяти — «тот, кого прокляли».
Стоическое прочтение: damnatio memoriae не уничтожает прошлое, оно только убирает его видимые следы. То, что человек сделал — случилось. Его поступки изменили людей, которые жили рядом, изменили ход событий. Камень можно стесать. Последствия — нет.
Марк Аврелий думал об этом применительно к репутации в целом. В «Размышлениях» он отмечал: хорошая репутация — лёгкое благо. Но если бояться damnatio memoriae — живёшь для чужого суда, а не для собственной virtus. Великие злодеи истории испугались бы того же приговора — но это не делает их поступки другими.
Стоик не защищается от damnatio memoriae хорошей репутацией. Он защищается тем, что делает то, что считает правильным — независимо от того, останется ли это в памяти. Иногда правильные поступки исчезают вместе с именем. Это не меняет того, что они были правильными.