Лукан был племянником Сенеки и рано вошёл в милость к Нерону. В 60 году он выступил на учреждённых императором Нероновых состязаниях и получил награду за похвальную речь ему же.
Потом отношения испортились. Тацит объясняет причину прямо: Нерон, сам считавший себя поэтом, стал ему завидовать и запретил ему выступать со стихами и вести дела в суде.
Поэму «О гражданской войне» Лукан продолжал писать. Устроена она вызывающе. Богов в ней нет — вместо божественного вмешательства действуют судьба и человеческая воля. Побеждает Цезарь, а герой — Катон. Оттуда и строка, которую цитируют чаще всего: дело победителей угодно богам, дело побеждённых — Катону.
В 65 году он вошёл в заговор Пизона. Заговор раскрыли.
Дальше Тацит пишет то, что обычно опускают. На допросе Лукан назвал сообщницей собственную мать Ацилию — в расчёте, по мнению Тацита, на снисхождение. Снисхождения не последовало; мать при этом не тронули и не оправдали, просто оставили без внимания.
Ему велели вскрыть вены. Когда кровь пошла и он почувствовал холод в конечностях, он вспомнил собственные стихи о воине, умирающем таким же образом, и прочёл их вслух. Это были, по Тациту, его последние слова.
Ему было двадцать пять лет. Поэма обрывается на десятой книге, посреди александрийских событий: Цезарь заперт во дворце, и текст кончается на полуфразе.