Приговор приносят прямо во время беседы: Нерон велит Тразее умереть. Обвинение — что он давно не ходит в сенат льстить, что лицо у него слишком независимое. Этого хватило.
Тразея принимает известие без дрожи. Он уводит квестора, доставившего приговор, в спальню.
Там он подставляет руки, вены вскрывают на обеих. Кровь начинает течь.
И тогда он делает то, ради чего это запомнят. Он кропит своей кровью пол — как совершают возлияние богам — и произносит: это Юпитеру Освободителю.
Освободителю. Смерть для него не поражение, а освобождение от Нерона; последний свободный поступок человека, у которого отняли всё, кроме права уйти.
Рядом, говорят, был молодой философ — Тразея велит ему смотреть и запоминать: пусть учится на живом примере, каково это.
Медный запах крови, тусклый свет, тишина дома, где боятся плакать вслух.
Он превратил собственную казнь в жертву свободе — и умер не как жертва Нерона, а как её жрец. Тираны отнимают жизнь; над тем, как её отдают, власти у них нет.