Сартр пишет в Шведскую академию заранее — ещё до официального объявления лауреата: не присуждайте премию мне, пожалуйста. Академия всё равно объявляет своё решение 22 октября 1964 года — премия присуждена именно Сартру.
Он публикует официальный отказ с подробным объяснением причин.
Первый аргумент: писатель не должен позволять себя институционализировать. Сама Нобелевская премия — институт, превращающий отдельного человека в официального представителя чего-то большего. Он предпочитает говорить исключительно от собственного имени, без посреднической институции.
Второй аргумент: холодная война продолжается в разгаре, и принять именно западную премию означало бы фактически занять определённую сторону в конфликте. Он не хочет служить чужим политическим целям своим согласием.
Третий аргумент, более личный: он и прежде всегда отказывается от официальных отличий любого рода. Не принял в своё время орден Почётного легиона от французского правительства. Это просто последовательность в собственных принципах, а не разовый жест.
Академия всё равно формально выплачивает денежную часть премии в фонд. Сартр берёт эти деньги позже, через посредника, — направляет их на финансирование кубинского революционного журнала.
Это довольно тонкий момент во всей истории: принципиальный отказ от самого символического жеста — и параллельное принятие практической материальной части. Одни видят в этом явную непоследовательность. Другие — трезвый рационализм, разделяющий символ и практику.
Сартр проживёт после этого ещё шестнадцать лет. Последние годы — почти полностью слепой, но не замолкающий ни на день.