Диоген Лаэртский приводит совет, который Сократ давал молодым: почаще смотреться в зеркало. Красивому — чтобы не срамить свою наружность. Некрасивому — чтобы образованием покрыть то, чего недодала внешность.
Совет этот в его устах имел вес, которого не имел бы ни в чьих других. Сократ был некрасив, и об этом писали все, кто его знал. Курносый, с выпуклыми глазами, толстыми губами и выпяченным животом; Алкивиад у Платона сравнивает его с силеном, а Ксенофонт выводит его на пиру доказывающим, что его нос удобнее прямого, потому что ноздри у него открыты во все стороны и лучше ловят запах.
Есть и второй рассказ, который Цицерон приводит дважды. В Афины приехал физиогномист Зопир, умевший определять нрав по чертам лица. Осмотрев Сократа, он объявил его тупым, тяжелодумным и падким до женщин. Ученики подняли Зопира на смех. Сократ вступился и сказал, что тот прав: таким он и был по природе, но выправил себя рассуждением.
Оба рассказа поздние, и ручаться за них нельзя. Держатся они, однако, на одном допущении, которое для сократической традиции существенно: то, что дано, и то, что сделано, — вещи разные, и второе не отменяется первым.
Отсюда и зеркало. Вопрос перед ним стоит не о лице, а о расстоянии между лицом и тем, чем человек его наполнил.