Сократ любит толковать с молодёжью — и нередко советует им странное для мудреца занятие: почаще глядеться в зеркало.
Юноши удивляются: это ли дело философа — гнать нас к зеркалу, как щёголей?
Он объясняет, в чём соль.
Кто хорош собой, говорит он, пусть, глядя в зеркало, помнит: стыдно красивому лицу иметь безобразную душу; будь достоин своей наружности, не срами её дурными делами. А кто нехорош лицом — пусть, увидев это, тем усерднее украшает себя изнутри: учением, добродетелью, — чтобы образованием и нравом покрыть то, чего недодала внешность.
Так зеркало из забавы щёголя он превращает в урок: смотри не любоваться, а спрашивать себя, каков ты внутри в сравнении с тем, что снаружи.
Бронзовое зеркало, юноши, вглядывающиеся в свои лица, философ, переводящий их взгляд с лица на душу.
Он не запрещал глядеться в зеркало — он менял вопрос. Не «красив ли я?», а «стою ли я своего лица, а если оно невзрачно — искупаю ли это тем, что внутри?».
Мы смотрим в зеркало, оценивая одну наружность, и на том успокаиваемся. Он две с половиной тысячи лет назад советовал глядеть в него иначе — чтобы всякий раз спрашивать себя не о лице, а о душе за ним.