Теофраст возглавляет Ликей сразу после смерти Аристотеля. При нём школа переживает настоящий расцвет — по некоторым свидетельствам, на его лекции приходит до двух тысяч слушателей одновременно. Но сам он предпочитает проводить время в собственном саду.
У него есть собственный ботанический сад — один из первых подобных в мире. Александр Македонский специально присылает ему образцы растений из Азии и далёкой Индии. Теофраст методично их описывает: форма листа, характер корневой системы, время цветения, необходимые условия произрастания.
Аристотель всегда спрашивал «зачем» — у каждой вещи в мире есть собственная цель, и главная задача философа заключается именно в её обнаружении. Теофраст спрашивает иначе — «как именно» — и этот вопрос звучит тише, скромнее прежнего, но при этом заметно точнее по существу. Он первым всерьёз усомнился в том, что у растений вообще есть цели в строго аристотелевском понимании термина. Растение никуда специально не стремится. Оно просто растёт само по себе.
Это довольно небольшой на первый взгляд методологический сдвиг — но по-настоящему важный по последствиям. От телеологии — к чистому описанию. От вопроса «зачем» — к вопросу «что именно происходит».
«История растений» и «О причинах растений» — девять и шесть книг соответственно. Они остаются главным ботаническим авторитетом на протяжении полутора тысяч лет после написания.
Теофраст проживает восемьдесят пять лет. Незадолго до смерти он произносит: природа даёт долгую жизнь воронам — а людям, которым долгая жизнь действительно нужна для важных дел, увы, нет. Это жалоба или простое наблюдение фактов? Сказать наверняка довольно трудно. Скорее всего, и то и другое одновременно.