О Зенодоте Стоическом мы знаем немного: он был учеником Диогена Вавилонского, то есть принадлежал к третьему поколению школы. Сочинений не осталось.
Осталось восемь строк. Диоген Лаэртский, перечисляя надгробные надписи Зенону Китийскому, приводит эпиграмму Зенодота, и её содержание стоит того, чтобы её помнить.
Смысл его стихов такой. Ты сделал самодостаточность своим правилом, оставив пустую спесь богатства. Учение твоё было мужественным, и словом ты основал школу, породившую бесстрашную свободу. И если родина твоя Финикия — что с того? Оттуда же был Кадм, давший Элладе письменность.
Три вещи здесь названы точно. Первое — автаркия, самодостаточность: не отказ от имущества как подвиг, а независимость от него. Второе — что школа держится на слове, а не на учреждении: Зенон не оставил ни устава, ни собственности, только способ рассуждать. Третье — прямой ответ на упрёк в происхождении: Зенон был чужаком в Афинах, финикийцем из кипрского Кития, и это ему припоминали.
Довод про Кадма — не лесть, а рассуждение того же порядка, что у стоиков о гражданстве мира: происхождение не есть достоинство или его отсутствие.
От самого Зенодота, кроме этих строк, не сохранилось ничего.
Диоген Лаэртский, приводя их, называет его учеником Зенона и по обыкновению не сообщает больше ничего — как не сообщает почти ни о ком из десятков людей, чьи имена в его книге стоят один раз.