Actus reus — «виновное деяние». Половина формулы, которую английские юристы вывели из римской: actus non facit reum nisi mens sit rea — деяние не делает виновным, если нет виновной воли. Чтобы был преступник, нужно два условия: что-то сделано — и сделано с умыслом. Одного actus мало: случайность не преступление. Одной mens мало: мысль не судят — cogitationis poenam nemo patitur.
Эдвард Кок в XVII веке закрепил формулу, но идея — из Дигест, где различали dolus и casus, умысел и случай. Римляне казнили за поступок с умыслом. За поступок без умысла — платили штраф. За умысел без поступка — не судили вовсе.
Стоики держали обе половины, но переставили порядок. Для права первичен actus: сначала должно что-то произойти. Для стоика первична воля: поступок — следствие суждения, и суд идёт над суждением. Человек, который решил украсть и не смог, у стоиков уже вор; у Кока — нет. Сократ отказался арестовать Леона и ушёл домой: actus не было, а mens — была, и Сократ судил себя по ней.
Сенека при Нероне видел, как право работает без обеих половин: доносы, приговоры за слова, за сны.
Психология подтвердила, что суд над волей — человеческая привычка. Фьери Кушман в 2008 году показал, что люди судят намерение сильнее, чем исход: попытка отравить, не удавшаяся, кажется хуже, чем случайное отравление с тем же результатом. Право требует actus. Мозг — судит mens. Стоики, кажется, ближе к мозгу.