Amor sui — «любовь к себе». Августин в четырнадцатой книге «Града Божьего» строит на этом слове всю конструкцию: два града созданы двумя любовями — земной любовью к себе вплоть до презрения к Богу, небесный любовью к Богу вплоть до презрения к себе. Amor sui здесь корень отпадения.
Стоики оценивали то же начало противоположно. Их oikeiosis — «присвоение», врождённая привязанность живого к себе: младенец отдёргивает руку, не рассуждая. Цицерон передаёт: это первое стремление природы, и на нём строится всё остальное. Круг привязанности расширяется — сначала себя, потом своих, потом сограждан, потом род человеческий; справедливость вырастает из любви к себе, а не борется с ней.
Разница в том, останавливается круг или нет. Августинов amor sui — любовь, замкнувшаяся на себе; стоический — исходная точка, которая обязана расширяться. Августин и сам это понимал: он говорил не о самосохранении, а о самопоклонении, и вводил ordo amoris, порядок любви, где каждому своё место.
Психология подтвердила расширение. Работы о самосострадании — Кристин Нефф с 2003 года — показывают, что доброе отношение к себе связано не с эгоизмом, а с большей готовностью помогать другим; а вот самокритика с ней связана отрицательно. Круг, начатый с себя, расширяется охотнее, чем круг, начатый с презрения.