Ему около сорока трёх. Он епископ Гиппона, один из крупнейших богословов латинского мира. И он пишет несколько страниц «Исповеди» о том, как в шестнадцать лет украл груши.
Не потому что был голоден. Груши были невкусные. Он выбросил их свиньям.
Он украл, потому что воровать с друзьями было интересно. Потому что сама по себе кража казалась привлекательной. Потому что запрет возбуждал.
Августин разбирает этот эпизод с той же тщательностью, с которой позже разберёт природу Троицы. Что именно он искал? Не груши — удовольствие от нарушения. Не выгоду — ощущение власти над правилом. Это было зло ради зла. Это его пугает больше, чем всё остальное в его биографии — а биография была бурной.
Психолог Рой Баумайстер через пятнадцать веков опишет похожий феномен как «злокачественную агрессию» — действие во вред, не приносящее выгоды. Он назовёт это отличительной чертой человека от животных.
Августин не знал этого термина. Но он знал себя достаточно хорошо, чтобы потратить несколько страниц на груши.
«Исповедь» — первая в истории европейской литературы настоящая автобиография. Она начинается с воровства и кончается Богом. Промежуток — честный.