Consensus iuris — «согласие в праве». Цицерон в «О государстве» (I.25.39) определял res publica через iuris consensum: государство есть «дело народа», объединённого согласием в праве. Не общая территория, не общий язык — а согласие в принципах права.
Это глубокое определение. Государство — не естественный факт (территория, этнос), а созданный факт: люди договорились о правилах и вместе живут по ним. Это consensus iuris.
Гай в «Институциях» основывал ius civile на согласии: право города — то, что граждане установили сами для себя. Это consensus в правовой форме.
Ульпиан в «Дигестах»: контракты строятся на consensus сторон. Без согласия нет договора. Принуждение разрушает consensus — и договор.
Стоическое соответствие: consensus iuris через logos. Все разумные существа приходят к одним и тем же принципам права, потому что разделяют один logos. Это и есть consensus iuris в стоическом понимании: не договор конкретных людей, а вывод из общего разума.
Марк Аврелий думал о consensus iuris как о практике: «Мои решения должны быть такими, что подданные могли бы с ними согласиться, понимая их основания». Это проверка: если бы они знали всё, что я знаю — согласились бы они?