Fortiter ille facit qui miser esse potest — «мужественно поступает тот, кто может быть несчастным». Марциал адресует эпиграмму стоику Херемону, который хвалит смерть и презирает жизнь, — и делает это, замечает поэт, сидя в холодной каморке без огня.
Дальше идёт разбор, от которого Херемону вряд ли стало легче: легко презирать жизнь, когда у тебя ничего нет; попробуй презирать её, имея пурпур, стол и любовниц. А потом — этот финальный удар. Мужество не в том, чтобы уйти, а в том, чтобы остаться и терпеть.
Упрёк бьёт по слабому месту римской моды на самоубийство. Катон, Сенека, Тразея — красивые концы, ставшие образцами; Марциал напоминает, что образец удобен и что выход из комнаты требует меньше сил, чем ночь в ней.
Стоики, надо отдать им должное, знали это возражение. Эпиктет повторял ученикам: дверь открыта, но не выбегай без нужды — бог поставил тебя на пост, и покидать его без приказа стыдно.
Херемон, судя по эпиграмме, промолчал.