Ita amicum habeas, posse ut fieri inimicum putes — так имей друга, чтобы считать возможным, что он станет врагом. Совет осторожный и Сенека возражал ему прямо.
В третьем письме к Луцилию он разбирает именно эту позицию: одни доверяют всякому встречному, другие не доверяют никому; первые беспечны, вторые несчастны. И добавляет, что худшее из состояний — половинчатое доверие, когда человек и говорит, и опасается сказанного.
Порядок он предлагает иной: суди прежде, чем доверишь; доверив, говори обо всём.
То есть спор идёт не об осторожности, а о её месте — до или во время.
Историки эпистолографии отмечают, что осторожность имела основания: письма читались вслух, переписывались и ходили по рукам, и Цицерон постоянно оговаривает, что можно показывать.
Пеннебейкер получал, что длительное сокрытие значимого связано с ухудшением показателей самочувствия.
Стоическая часть на стороне Сенеки. Постоянная проверка обходится дороже редкой ошибки.
Публилий Сир, впрочем, писал для сцены при Цезаре.
Его аудитория проверяла друзей ежемесячно.