Maiores nos pueros esse voluerunt — предки хотели, чтобы мы были детьми. Цицерон рассуждает о том, что римское воспитание удерживало юношей в подчинении дольше, чем греческое.
Правовая подоплёка была жёсткой. Patria potestas — власть отца — сохранялась над сыном пожизненно, независимо от возраста и должности: консул мог быть подвластным сыном и не иметь права собственности.
Историки права отмечают, что подобной конструкции не знала ни одна другая античная система, и римские юристы сами это отмечали как особенность.
Гай в «Институциях» прямо пишет, что такой властью не располагают почти никакие другие народы.
Смягчалось это постепенно: сперва признали за сыном право на военную добычу, потом на приобретённое службой.
То есть взрослость выделялась по частям и через имущество.
Стоическая часть касается воспитания примером. Публилий Сир заметил, что где ошибается старший возраст, там младший учится дурно.
Марк перечислял в первой книге повадки старших, а не их указания.
Цицерон, впрочем, свою власть над сыном употреблял.
Он отправил его учиться в Афины и жаловался на расходы.