Malum poenae — «зло наказания». Фома делит зло надвое: malum culpae, зло вины, — то, что человек делает; и malum poenae, зло наказания, — то, что он терпит. Болезнь, утрата, боль, кара за проступок. И утверждает неожиданное: зло вины хуже, потому что оно портит того, кто действует, а зло наказания портит только его положение.
Стоики сказали бы то же радикальнее: второе вообще не зло. Единственное зло — порок; всё, что человек терпит, безразлично, потому что не зависит от его воли. Эпиктет, которому хозяин выкручивал ногу: сломаешь. Сломал. Он же: болезнь — помеха телу, не воле. Никакого героизма; просто ноги нет в списке того, что может быть злом.
Разница между Фомой и Эпиктетом в том, признают ли степень. Фома признаёт: терпеть плохо, просто делать плохо хуже. Стоик отказывается от шкалы вовсе — и это сильнее в теории и труднее в жизни.
Августин ввёл различение раньше, объясняя, почему в мире есть страдание: наказание — следствие вины, а не самостоятельное зло; оно вторично.
Психология измерила, что тяжелее переносится. Работы о посттравматическом росте — Ричард Тедески и Лоуренс Калхун с 1996 года — показывают, что пережитое страдание чаще ведёт к переоценке ценностей, чем совершённое зло: вина заживает хуже утраты. Фома, кажется, угадал порядок.