Nemo qui condemnare potest absolvere non potest — «нет никого, кто мог бы осудить и не мог бы оправдать». Ульпиан формулирует правило о полноте судейской власти: полномочие неделимо.
Значение его больше процедурного. Орган, наделённый только правом карать, — не суд, а исполнитель; выбор между двумя исходами и есть то, что делает разбирательство разбирательством.
Римляне держались этого твёрдо, и Сенека в трактате «О милосердии» строит на том же различении всю аргументацию: clementia у него — свобода выбрать меру, а не слабость отказаться от наказания. Судья, лишённый этой свободы, перестаёт отвечать за приговор.
Стоическая часть касается всякого, кто оценивает других. Человек, у которого готов только обвинительный исход, не судит — он подтверждает заранее принятое решение, и разбор ему нужен для формы.
Проверить себя просто. Спросить, при каких сведениях вы бы оправдали.
Если такие сведения не называются, разбирательство не начиналось.