Мора судили первого июля 1535 года в Вестминстер-холле.
Обвинение строилось на трудности: он молчал. Присягу с признанием короля главой церкви он не принёс, но и против неё не высказывался. А молчание по английскому праву за преступление не считалось.
Мор на этом и стоял. Молчание, говорил он, по правилу закона означает скорее согласие, чем противное.
Тогда выступил Ричард Рич, генеральный солиситор. Он показал под присягой, что в Тауэре, забирая у Мора книги, разговорился с ним и что Мор в этом разговоре отрицал королевское главенство.
Мор ответил на это, и ответ записан.
Он сказал, что больше печалится о лжесвидетельстве Рича, чем о собственной опасности. И прибавил довод: неужели он, молчавший об этом деле перед королём и советом, стал бы вдруг открывать свою совесть человеку, которого всегда считал ненадёжным.
Двое присутствовавших при разговоре свидетелей заявили, что не слушали и ничего не помнят.
Присяжные совещались четверть часа.
После приговора Мор впервые заговорил открыто, потому что молчать было уже незачем. Он сказал, что светский человек не может быть главой духовного, и что закон этот противен всему христианскому миру.
Заканчивая, он обратился к судьям и выразил надежду, что как апостол Павел, стерёгший одежды побивавших Стефана, стал потом ему товарищем на небе, так и они с судьями встретятся там же в согласии.
Казнили его шестого июля. Ричард Рич, чьё показание решило дело, сделал большую карьеру: он стал лорд-канцлером Англии и умер в своей постели в семьдесят лет, пережив четырёх монархов.