Piscem natare doces — учишь рыбу плавать. Эразм внёс поговорку в «Адагии» вместе с десятком родственных: учить орла летать, продавать мёд пчеловоду. Греки и римляне произносили их с одинаковой усмешкой.
Смешна тут не ошибка в знании, а порядок действий. Советующий не выяснил, с кем говорит, и это выясняется первой же фразой.
Стоическая справедливость держится на признании чужой компетенции как факта, а не как любезности. Марк в первой книге «Размышлений» перечисляет, у кого чему научился, и список включает управляющего имением и учителя гимнастики наравне с философами.
Психологи описывают эффект чрезмерной уверенности в своей области, распространяемой за её границы: Даннинг с коллегами показывал, что специалист систематически переоценивает своё суждение о смежных предметах.
Практическая поправка римлян состояла в вопросе, а не в скромности. Спроси, как человек это делает, — и половина советов отпадёт сама, потому что окажется, что он уже пробовал.
Антонин Пий разбирал дело раба без советников — не из недоверия к ним, а потому, что предмет был известен ему лучше.
Рыба, впрочем, слушает вежливо. У неё выхода нет.