Pulchritudo et veritas — Неоплатоническая традиция объединяла три трансценденталии: bonum (благо), verum (истина), pulchrum (красота). Фичино разрабатывал pulchritudo как видимую форму veritatis: красота — это то, как истина проявляется в материальном мире.
Отсюда ренессансный культ красоты не как развлечения, а как пути к познанию. Красота произведения искусства, красота человеческого тела, красота математических пропорций — всё это следы logos в материи.
Плотин отказывался позировать художнику: «Зачем создавать тень тени?». Его тело — уже отражение отражения pulchri. Делать портрет — ещё одно удаление от источника. Для Плотина подлинная красота — умопостигаемая, не чувственная.
Стоики связывали pulchrum с honestum. Для Цицерона honestum — честное, достойное — и pulchrum были близкими понятиями. Добродетельная жизнь прекрасна — в том смысле, что она соответствует форме, которую задаёт logos. Vitium безобразно — и морально, и эстетически.
Pulchritudo et veritas — не украшательство. Это утверждение: правда красива, красота правдива. Там, где они расходятся — что-то не так.