Quid leges sine moribus vanae proficiunt — что дают законы, тщетные без нравов. Гораций ставит вопрос в оде, перечисляя, что расстроилось в Риме и чего не поправить постановлениями.
Обстоятельства придают строке двусмысленность. Ода написана в годы, когда Август проводил законы о нравах — о браке, о прелюбодеянии, о роскоши; поэт, обязанный власти, замечает, что законами этого не берут.
Утверждение при этом верное и подтверждается той же реформой: законы Августа исполнялись плохо и правились несколько раз.
Публилий Сир заметил, что негодяя удерживает страх, а не справедливость, — то есть закон работает на одном разряде людей и не работает на другом.
Психологи получают устойчивое: соблюдение правил зависит от того, что человек считает обычным поведением окружающих, сильнее, чем от санкции. Чалдини с коллегами в девяностых показывал это на данных о замусоривании — вид чистой площадки удерживал вернее объявления о штрафе.
То есть нравы и есть представление о том, как поступают все.
Меняются они не постановлением, а наблюдаемым поведением.
Гораций написал это по заказу и, судя по всему, честно.