Вариация на littera scripta manet / vox audita perit. Написанное слово переживает говорящего. Это и возможность, и риск: то, что сказал в разговоре, забывается. Написанное — остаётся и может быть прочитано без контекста.
Марк Аврелий писал для себя — и написанное пережило его на две тысячи лет. Сенека писал письма — и они стали книгами. Ответственность за написанное выше, чем за сказанное. Scriptum maneat, verbum fugit — это не только наблюдение, но и предупреждение.