Барею Сорана, человека честного и стоического склада, при Нероне тянут в суд — по вздорному обвинению, за независимость и дружбу с неугодными. Дело гиблое: Нерону нужна его смерть.
Самый горький удар не от врагов. Против Сорана лжесвидетельствует его собственный наставник, философ Публий Эгнатий Целер: тот, кто носил философский плащ и учил его добродетели, за деньги и милость Нерона возводит на ученика напраслину.
Соран встречает и это без низости. Он держится с достоинством, не унижается, не молит — понимает, что осуждён заранее, и заботится лишь о том, чтобы уйти как подобает. Дочь его судят вместе с ним; о ней его боль, не о себе.
Гулкий суд, лжесвидетель в философском плаще, спокойное лицо обречённого.
Опозорен в тот день не подсудимый, а предатель: философия, надетая как маска ради подлости, срамит носящего, не жертву. Соран потерял жизнь; Целер — имя, ставшее в Риме синонимом продажного философа.
Справедливость иногда лишь в том, чтобы, погибая невинно, не уронить себя, — и оставить позор тому, кому он причитается.
Мы боимся предательства близких больше вражды чужих. Он снёс и это — и остался чище того, кто его предал.