В декабре 69 года флавианское войско подходило к Риму. В городе сидели сторонники Вителлия, и дело шло к бою на улицах.
Сенат отправил навстречу послов с предложением договориться. Тацит описывает, что из этого вышло.
К посольству присоединился Мусоний Руф, входивший тогда во всадническое сословие. Он подходил к вооружённым и говорил им о благах мира и об опасностях войны.
Дальше Тацит перечисляет реакцию. Многие смеялись. Ещё больше скучали. Нашлись и такие, что сбили бы его с ног и растоптали, если бы он не послушался предостережений умеренных и угроз остальных.
Послов вернули ни с чем. Бой в городе состоялся, Капитолий сгорел, Вителлия убили на улице.
Ирония в том, что тот же Тацит приводит и продолжение. Через несколько месяцев, при новой власти, Мусоний подал в сенате иск против Публия Эгнатия Целера — философа, лжесвидетельством погубившего Барею Сорана. Целера осудили.
Тогда же в сенате начались взаимные обвинения доносчиков, и Мусония упрекали за то, что он их преследует. Он отвечал, что мстит не за себя.
Мир на площади проповедовать оказалось бесполезно; довести до конца одно судебное дело — возможно.