Платон в Академии даёт определение человека: живое существо о двух ногах, без перьев. Определение изящное, ученики кивают, слава ходит по Афинам.
Диоген слышит об этом. И берётся возразить не словом, а делом.
Он ловит петуха, ощипывает его дочиста и идёт с ним в Академию. Швыряет голую птицу под ноги философам: вот вам человек Платона! Двуногое, без перьев — извольте.
Смех, замешательство. Определение трещит по швам: под него теперь подходит ощипанная курица. Платону приходится добавлять к формуле оговорку — «с широкими плоскими ногтями», чтобы отделить человека от птицы.
Ощипанный петух на мраморном полу, встопорщенные философы, довольный оборванец.
Диоген не спорил о словах — он поймал слово на слове, буквально. Гладким определением легко любоваться, пока кто-нибудь не подбросит тебе голого петуха и не спросит: а это тогда кто?
Мы обожаем красивые формулировки и верим им на слово. Он две тысячи лет назад показал самый надёжный способ их проверить — довести до петуха.