Диоген Лаэртский приводит эту сцену коротко. Он входил в театр навстречу выходящим, а на вопрос зачем отвечал, что этим занимается всю жизнь.
Приём построен на буквализме, как почти всё у него. Мысль о том, что не надо идти за большинством, была общим местом. Диоген нашёл, где её можно исполнить телом, и исполнил.
Так же устроены остальные его выходки. Есть на площади, что считалось неприличным. Жить в глиняном пифосе для зерна. Ходить с фонарём среди дня. Все они переводят рассуждение в поступок, который видят посторонние.
Возражение против такого способа тоже известно с древности. Идти против толпы, когда все смотрят, тоже способ обратить на себя внимание. Зависимость от чужого взгляда тут сохраняется, только с обратным знаком. Сократ упрекнул в этом Антисфена, увидев дыру, нарочно вывернутую наружу.
Стоики метод переняли не целиком. Эпиктет киников уважал и посвятил им целую беседу, где называет кинизм царским делом. Но от желающего он требует сначала спросить себя, готов ли он к нему. Марк Аврелий не показывал вовсе ничего, кроме обычного поведения императора, и упражнялся в тетради, которую никто не должен был прочесть.
Двести с лишним анекдотов о Диогене дошли до нас через сборники острот. Что он делал на самом деле, а что ему приписали, потому что было в его духе, различить невозможно.