Семнадцатая глава «Руководства» короткая и целиком строится на одном сравнении.
Помни, что ты актёр в пьесе, и роль твою назначает распорядитель. Захочет он короткую — сыграешь короткую, захочет длинную — длинную. Даст роль нищего — сыграй нищего хорошо. Даст хромого, правителя, простолюдина — то же. Твоё дело — хорошо исполнить данную роль; выбор её — дело другого.
Слово, которое Эпиктет здесь употребляет, — просопон, лицо и театральная маска разом. Оно же означает роль в жизни: отец, гражданин, солдат.
Понятие это разработал за двести лет до него Панэтий, и Цицерон изложил его в трактате «Об обязанностях». Ролей у человека четыре. Общая разумная природа. Собственный склад, у каждого свой. Обстоятельства, которые не выбирают. И занятие, избранное самим. Обязанность вычисляется на пересечении всех четырёх, и потому один и тот же поступок для разных людей не одинаково уместен.
У Эпиктета от этой конструкции остаётся жёсткий остаток. Своим он признаёт только исполнение, и то лишь потому, что выбор роли всё равно не в нашей власти.
Возражение против сравнения известно и очевидно: актёр знает, что играет, и после спектакля снимает маску, а человеку деваться некуда.
Эпиктет на это отвечает в другом месте, разбирая право уйти из жизни. Дверь открыта, говорит он, и выйти можно всегда. Но выходить надо, когда подадут знак, а не когда роль не понравилась.