Авл Геллий, римский литератор II века, собирал в «Аттических ночах» всё, что казалось ему любопытным. Об Эпиктете он писал со слов Фаворина, который слушал его лично.
Оттуда и дошли два слова: анеху кай апеху. Терпи и воздерживайся. По-латыни это стало sustine et abstine.
Геллий поясняет, что имел в виду Эпиктет. Есть, говорил он, два порока хуже прочих и невыносимее прочих: невоздержность и неспособность терпеть. Один не даёт снести обиду, которую снести должно; другой не даёт удержаться от удовольствия, от которого удержаться должно. Кто эти два слова запомнит и применит, тот большей частью будет и без греха, и в покое.
Там же Геллий приводит и другую его фразу — о тех, кто числит себя философами. Они философы без дела, до слов.
И там же двустишие, которое, по словам Геллия, Эпиктет написал о себе. Рабом я был, и телом увечен, и нищ, как Ир, и любезен бессмертным.
Ир — нищий из «Одиссеи», побирающийся в доме Одиссея; выбор сравнения тут точный и не жалобный.
Геллий сообщает и то, что в его время глиняный светильник Эпиктета кто-то купил за огромные деньги. Фаворин, его источник, был софистом, ритором и любимцем публики. То есть ровно тем, кого Эпиктет своим ученикам запрещал изображать.