Кёнигсберг, 1780-е годы. Ровно в половине четвёртого Кант выходит из дома. Слуга Лампе держит наготове трость и шляпу. Маршрут неизменен, и горожане зовут эту аллею философской.
Если Кант не появляется в свой час, соседи решают, что погода испортилась вконец.
Расчёт за этим стоит медицинский.
Здоровье у Канта слабое с детства, грудь узкая, и он выстраивает распорядок под него: подъём в пять, работа, обед в час, прогулка, сон в десять. Живёт он семьдесят девять лет в эпоху, когда доживают и до шестидесяти немногие.
Гулял он один и с закрытым ртом, полагая, что дышать носом полезнее, а разговор на ходу вреден для лёгких.
Прогулку он, по рассказу его биографа, пропустил, зачитавшись «Эмилем» Руссо.
В кабинете у него висел единственный портрет, и это был портрет Руссо.
Позже Кант напишет, что Руссо его выправил. Прежде он презирал простой народ и думал, что достоинство даётся знанием. Руссо научил его почитать человека.
Порядок этот держался, пока держалась голова. К 1802 году Кант перестал выходить, память рассыпалась, и последние записи в его тетрадях — попытки вспомнить собственные определения. Умер он в феврале 1804 года; последними его словами, по записи Васянского, было «Es ist gut» — довольно.