Мусоний Руф был римским всадником из этрусского города Вольсинии — не рабом и не греком, в отличие от большинства знаменитых стоиков своего века.
О том, как он говорил, свидетельствует Эпиктет, слушавший его сам.
Речь его была такова, замечает Эпиктет, что каждый сидящий думал, будто кто-то донёс на него: так точно она попадала в дело, так наглядно ставила перед глазами недостатки каждого.
Тот же Эпиктет приводит и обмен репликами. Он сказал однажды Мусонию: если ты не найдёшь во мне ничего дурного, я не поверю, что ты меня замечаешь. Мусоний отвечал упрёками, и Эпиктет считал это знаком внимания.
В другом месте он передаёт его правило, которое сам повторял ученикам всю жизнь: не пиши изящно, а поступай.
Списка его учеников не сохранилось, но по разным упоминаниям он восстанавливается. Эпиктет, бывший тогда рабом Эпафродита. Дион Хрисостом, ставший ритором. Евфрат Тирский, которого хвалил Плиний. Тимократ Гераклейский. Артемидор, зять Мусония.
Сам он не написал ничего. Двадцать одна беседа и несколько отрывков дошли в записи ученика по имени Луций, о котором больше ничего не известно.
Записи эти долго не читали. В Средние века их не переписывали, и полное издание вышло только в 1905 году.
Известность к нему вернулась через Эпиктета: тот ссылается на учителя постоянно, и по этим ссылкам его имя и держалось восемнадцать веков.