«Пирроновы положения» Секста Эмпирика — главный сохранившийся источник по всему греческому скептицизму. Он записывает материал, по большей части не изобретая заново, — передаёт традицию Пиррона и Энесидема, систематизируя разбросанные аргументы в единую структуру.
«Тропы» — набор аргументов в пользу воздержания от окончательных суждений о вещах.
Первый троп: разные живые существа воспринимают один и тот же мир по-разному. Что приятно для рыбы, неприятно для человека, стоящего на берегу. Какое из этих восприятий считать «верным» само по себе?
Второй троп: разные люди воспринимают одно и то же явление по-разному между собой, даже принадлежа к одному виду.
Десятый троп: разные народы, разные законы, разные обычаи — а значит, и разные нормы поведения. Что считается нормой для одних, оказывается преступлением для других без всякого объективного критерия выбора.
Вывод из каждого отдельного тропа схожий: поскольку мы объективно не можем разрешить подобный спор окончательно, следует воздерживаться от твёрдого суждения — эпохе. Из самого воздержания рождается атараксия, безмятежный покой ума.
Это вполне последовательная программа поведения. Но критики сразу указывают на слабое место: а как тогда вообще жить дальше? Если я полностью воздерживаюсь от всех суждений, как решить, что конкретно делать в следующую минуту?
Секст отвечает: следуй обычным явлениям, телесным ощущениям, устоявшимся традициям вокруг. Не догматически принимая их за абсолютную истину — а просто потому что как-то жить всё равно необходимо каждый день.
Монтень много веков позже читает именно Секста — и находит там не тупик безнадёжности, а неожиданное освобождение от лишней тревоги.
Одна и та же философская позиция работает совершенно по-разному в разных руках, в зависимости от того, кто именно её применяет к собственной жизни.