Роджер Бэкон был францисканцем, учился и преподавал в Париже и Оксфорде. Около 1266 года папа Климент IV попросил его изложить свои предложения письменно. Бэкон написал «Большой труд» — свод того, что, по его мнению, следовало исправить в науках, — и отправил в Рим.
Шестая часть этого сочинения посвящена тому, что он называет опытной наукой.
Довод его такой. Рассуждение выводит заключение, но не даёт уверенности. Ум не успокаивается на доказательстве, пока не проверит вывод опытом. Кто не обжигался, тому доказательства о жгучести огня недостаточно, чтобы отдёрнуть руку.
Занимался он тем, что можно испытать. Оптика: преломление, зажигательные стёкла, устройство глаза. Радуга — он измерил угол, под которым она видна, и получил около сорока двух градусов. Порох: рецепт он записал, а часть его зашифровал перестановкой букв.
Отдельно он посчитал ошибку юлианского календаря и предупредил папу, что праздники смещаются. Исправили это через триста с лишним лет.
О тюрьме, в которую его будто бы заточили за опыты, стоит сказать точнее. Единственное свидетельство — францисканская хроника, написанная почти через столетие; в ней сказано, что его заключили за некие подозрительные новшества. Что это были за новшества, не уточняется, и историки скорее связывают их с иоахимитскими пророчествами о конце времён, которыми Бэкон занимался всерьёз, чем с зажигательными стёклами.