В 62 году Сенека просит у Нерона личной аудиенции. Сам разговор описывает Тацит в «Анналах» — один из самых напряжённых диалогов во всей латинской прозе.
Сенека говорит: я стар и болен. Управление делами меня утомляет сверх меры. Прошу разрешения вернуть тебе то, что получил благодаря твоей щедрости за долгие годы, — состояние, сады, поместья. Всё это отнимает у меня время, которое я хотел бы посвятить исключительно размышлению.
Нерон отвечает красиво и одновременно твёрдо: нет. Ты нужен мне рядом. Твоя скромность меня искренне трогает — но я не позволю тебе отказаться от заслуженного. Оставайся при мне, как прежде.
Это, судя по всему, вежливый отказ с завуалированной угрозой: уйти совсем нельзя. Сенека кланяется и покидает дворец.
После этого разговора он действительно заметно меняет образ жизни: реже показывается в свете, отказывается от части прежней пышности, проводит куда больше времени в собственных поместьях, вдали от Рима. Именно в эти годы он пишет «Письма к Луцилию» — главный труд всей своей жизни.
Тацит описывает происходящее с характерной для себя иронией: последние годы он провёл в тени, избегая государственных занятий, объясняя это слабым здоровьем и любовью к философии. Было ли это трусостью или подлинной мудростью — зависит целиком от угла зрения читателя.
Через три года Нерон всё же потребует его смерти, вне зависимости от прежней просьбы об отставке.