Симона Вейль преподаёт философию, идёт работать на завод ради опыта физического труда, едет на гражданскую войну в Испанию, пишет о внимании как о высшей форме молитвы.
Всю жизнь она отказывается рассуждать о страдании со стороны и старается разделить его телом настолько, насколько выйдет.
В 1942 году она вместе с родителями уезжает из оккупированной Франции в Лондон. Отъезд даётся ей тяжело: она чувствует себя предательницей по отношению к оставшимся.
В Лондоне она работает на Сражающуюся Францию и просится обратно, во Францию, с подпольным заданием. Ей отказывают.
Тогда она принимает решение иного рода. Есть не больше, чем позволяет продовольственный паёк во Франции под оккупацией. В относительно сытой Англии это заметно меньше доступного.
Врачи и друзья уговаривают её отступить, указывая на истощение и больное туберкулёзом лёгкое. Она непреклонна.
Умирает она в августе 1943 года. В заключении коронера сказано о самоубийстве, совершённом в состоянии душевного расстройства, и формулировка эта до сих пор оспаривается.
Сама Вейль, вероятно, описала бы поступок иначе. Внимание к чужому страданию ничего не стоит, если не готово разделить его хоть отчасти.
Камю позже назовёт её единственным великим духом своего времени. Она прожила ровно так, как писала, без зазора между словом и делом.