Юный Сенека слушает Сотиона — учителя, что несёт в Рим пифагорейское учение. Сотион убеждает его в непривычном: не есть мяса. Одни доводы — о переселении душ, в которое можно и не верить; другие проще — о том, что воздержание закаляет, что роскошь стола плодит жестокость и разнеживает.
Сенека решает попробовать. И отказывается от мяса.
Проходит год. И он замечает в себе перемену: тело стало легче и послушнее, голова яснее, привычка к воздержанию оказалась не в тягость, а в радость. Ему кажется, что и ум работает бодрее на скудной пище. Он и рад бы продолжать.
Но времена подводят: как раз тогда чужеземные обряды под подозрением, а воздержание от мяса иным кажется приметой запретного культа. Отец, боясь за сына, просит его вернуться к общему столу. Сенека уступает — не убеждению, а любви к отцу.
Скромная трапеза, юноша, распробовавший лёгкость воздержания, и отцовская тревога, возвращающая его к мясу.
Опыт не пропал: он на себе узнал, как мало нужно телу и как проясняется от воздержания голова. Урок остался, даже когда он оставил самоё воздержание.
Мы уверены, что отними у нас привычное — и станет хуже. Он на целый год отнял у себя мясо и обнаружил обратное: стало легче; иногда лишение оборачивается не потерей, а облегчением.