Джеймс Стокдейл был лётчиком морской авиации и по пути к службе успел поучиться философии в Стэнфорде. Преподаватель дал ему «Энхиридион» Эпиктета — книжку, которую он потом возил с собой.
9 сентября 1965 года его штурмовик подбили над Северным Вьетнамом. Катапультируясь, он, по собственному рассказу, сказал себе: пять лет вниз, я покидаю мир техники и вхожу в мир Эпиктета.
Плен продлился семь с половиной лет, из них четыре в одиночке и два в кандалах. Его пытали больше десятка раз. Он был старшим по званию среди пленных и потому отвечал за остальных. Он разработал систему перестукивания. И установил правила о том, что́ допустимо сказать под пыткой и когда следует остановиться.
Однажды его собрались показать иностранным журналистам как довольного пленника. Он разбил себе лицо табуретом и порезал кожу головы бритвой. Показывать стало нечего.
Различение, которым он пользовался, взято прямо из первой главы Эпиктета: одно в нашей власти, другое нет. Тело, срок, боль — не в его власти. Согласие, суждение, отношение к происходящему — в его.
Позже он сформулировал наблюдение, известное как парадокс Стокдейла. Первыми в лагере ломались оптимисты. Они назначали срок — к Рождеству, к Пасхе, — и каждый несбывшийся срок отнимал у них опору. Выживали те, кто соединял веру, что в конце концов выйдет, с готовностью признавать факты, какими бы они ни были.