Зенон приезжает в Афины совсем молодым купцом из Китиона — примерно около 312 года до нашей эры. Его корабль тонет по дороге. Или, по другой версии, тонет только весь груз. Источники в этом расходятся между собой. Как бы то ни было, он теряет почти всё нажитое.
По дороге ему помогает случайный незнакомый человек — одалживает немного денег, помогает как следует устроиться на новом месте. Потом их пути навсегда расходятся.
Зенон основывает собственную Стою. Проходит целых двадцать лет. Он становится широко известен, у него теперь есть собственная школа, устойчивая репутация, искреннее уважение афинян — настолько прочное, что ему доверяют даже хранение городских ключей.
Он специально разыскивает того самого давнего знакомого. Или того, кто занял его прежнее место, — история передаётся в разных версиях по-разному. Возвращает ему деньги с полагающимися процентами. Добавляет сверху ещё и памятный подарок.
Человек искренне удивляется: он давным-давно забыл об этом старом долге.
Диоген Лаэртский включает этот эпизод в собственную «Жизнь Зенона» без особого выделения — просто как одну из многих характерных деталей его личности. Именно в этом и заключена главная суть: для самого Зенона это вовсе не было красивым жестом напоказ, это было простым фактом. Долг существовал объективно — значит, его следовало вернуть в любом случае. Совершенно независимо от того, помнит ли об этом сам кредитор или давно забыл.
Стоическая iustitia — это вовсе не справедливость как обычная торговая сделка. Это справедливость как точное знание того, что именно причитается каждому человеку по праву, безо всякого ожидания напоминания, без личного расчёта на выгоду, без расчёта на случайных зрителей рядом.
Зенон проживает настолько долгую жизнь, что умирает при обстоятельствах, которые сам счёл бы вполне правильными: споткнулся на пороге собственной школы, сломал палец, произнёс короткое «иду» — и умер на месте.