Est aliquid fatale malum per verba levare — есть нечто в том, чтобы облегчить словами роковую беду. Овидий пишет это в «Скорбных элегиях», сосланный в Томы, откуда он и написал большую часть того, чем известен.
Оборот est aliquid — есть нечто — осторожен намеренно. Овидий не утверждает, что письмо помогает; он говорит, что что-то в этом есть.
Наблюдение стало предметом измерений. Пеннебейкер с восьмидесятых собирал данные о письменном изложении тяжёлого опыта: участники, писавшие о том, о чём прежде молчали, показывали улучшение по ряду показателей спустя месяцы. Величина эффекта в позднейших обзорах оказалась скромнее исходных оценок, направление воспроизводится.
Отдельно выяснилось, чем письмо отличается от повторного проговаривания. Полезным оказывается изложение, в котором появляется связная последовательность и причинные слова; простое перечисление ощущений не даёт эффекта.
То есть работает не выговаривание, а составление рассказа.
Стоическая практика делала то же самое. Сенека на Корсике перечислял беды письменно; Марк вёл записи в лагере.
Овидий писал элегии девять лет и обратно в Рим не вернулся.