Etiam celeritas in desiderio mora est — даже быстрота становится промедлением, когда ждут. Строка описывает не нетерпение как порок, а свойство самого ожидания: оно растягивает отрезок, который со стороны занимает те же минуты.
Римлянин, ждавший письма из провинции, знал предмет практически: гонец шёл месяц, и месяц этот тянулся по-разному в зависимости от того, чего ждали.
Стоическая часть касается не терпения, а доверия к собственным ощущениям. Ощущение длительности — прибор, показания которого зависят от состояния наблюдателя; принимать их за сведения о мире значит ошибаться. Марк разбирал вещи на части и называл каждую своим словом, чтобы вернуть себе меру.
Восприятие времени изучено сносно: ожидание удлиняет отрезок в проживании, а однообразие сжимает его в воспоминании. Один и тот же час бывает и длинным, и коротким — в зависимости от того, откуда смотреть.
Отсюда практическое следствие. Решение, принятое в ожидании, принимается по искажённым показаниям, и лучше его отложить — или, наоборот, назначить заранее, до того как ожидание началось.
Публилий Сир, впрочем, не осуждает ждущего. Он объясняет, почему тот раздражён на человека, который не опоздал.