Memento te esse actorem fabulae — «помни, что ты актёр в пьесе». Эпиктет в семнадцатой главе «Энхиридиона» договаривает: пьесу выбирает автор. Короткую — короткую, длинную — длинную. Захочет, чтобы ты играл нищего, — играй нищего как следует; хромого, правителя, простого человека — то же. Твоё дело — хорошо сыграть данную роль. Выбор роли — чужое дело.
Метафора древняя, но у Эпиктета она звучит иначе, чем у поэтов. Он сам был хромым рабом, потом вольноотпущенником, потом изгнанником — три роли, ни одну не выбирал. Говорил он это не с трибуны. Из партера.
Марк, читавший Эпиктета по совету Рустика, записал в «Размышлениях»: одна и та же драма, только актёры другие. Императору эта мысль давалась, кажется, труднее, чем рабу.
Ирвинг Гофман в 1959 году описал социальную жизнь как театр: передняя сцена, кулисы, роли, реквизит. Он имел в виду, что мы играем всегда. Эпиктет имел в виду другое: раз уж играем — играть честно, до последней реплики, не выпрашивая у автора другой текст.
Пьесу не переписать. Игру — можно.