«Размышления», X.27: посмотри, как уходит время, как стареют люди, как они умирают один за другим без исключения. Двор Адриана, двор Антонина, двор Филиппа, двор Александра, двор Креза — везде одно и то же: люди суетились по тем же причинам, суета угасала, другие сменяли их на тех же местах и точно так же уходили следом.
Это упражнение в историческом масштабировании, но с неожиданным поворотом мысли.
Марк берёт великие имена — Адриан, Александр, Крез — и замечает не просто, что их дворы исчезли без остатка. Он замечает нечто более тонкое: в каждом из этих дворов повторялась в точности одна и та же драма с одними и теми же ролями, просто разными актёрами в разных костюмах эпохи. Тот же царедворец, интригующий за место поближе к трону. Тот же завистник, следящий за чужим успехом. Тот же честолюбец, готовый пожертвовать многим ради временной награды.
Что из этого следует практически? Не «всё бессмысленно и одинаково пусто». Скорее: «моя сегодняшняя интрига при дворе — далеко не первая в своём роде за всю историю. Другие люди проходили через точно такую же ситуацию раньше меня, с тем же набором персонажей».
Это обесценивает мнимую особость собственной тревоги — полезный инструмент для того, кто окружён придворными интригами каждый день без перерыва.
Марк делает и практический вывод: лучшее, что можно сделать в собственном дворе среди той же самой повторяющейся драмы, — сыграть свою роль в ней правильно. Не потому что войдёшь в историю особым образом, отличным от предшественников. Потому что это просто правильно само по себе, независимо от того, что было раньше на этом самом месте.
Последствия неизбежно уйдут, как уходили всегда. Сам поступок останется в том смысле, что он был совершён именно так, а не иначе. Этого достаточно как основания для добродетели, даже если сюжет вокруг повторяется бесконечно.