Ашока правит крупнейшей на тот момент державой в истории Индии, унаследовав от деда и отца завоевательную политику, расширившую границы почти до пределов всего субконтинента. Завоевание Калинги на восточном побережье — последняя крупная военная кампания в его правление.
Победа обходится дорого даже по меркам эпохи, привычной к масштабным войнам: по собственным подсчётам Ашоки, впоследствии высеченным на камне, погибает около ста пятидесяти тысяч человек, ещё больше уводят в рабство, а число умерших от последовавшего за войной голода и болезней намного превышает даже эти огромные цифры.
Вместо того чтобы просто отпраздновать очередную победу, Ашока приказывает высечь на скалах и специальных каменных столбах по всей своей огромной империи собственный указ, где он открыто признаёт: после Калинги его охватило глубокое раскаяние. Победа над невооружённым народом, пишет он, приносит правителю не славу, а скорбь и сожаление, если он вообще способен на подлинное сочувствие.
Он объявляет о переходе к политике дхармавиджайи — победы через закон и добродетель вместо военной силы, — заявляет о защите животных, о создании больниц для людей и животных сразу, о рытье колодцев вдоль дорог для усталых путников, о терпимости ко всем религиозным традициям в собственных владениях.
Историки спорят, было ли это искренним нравственным переворотом или прагматичным политическим ходом правителя, уже достигшего пределов разумной военной экспансии. Но сам факт — правитель, высекающий на камне собственное раскаяние для всех подданных, вместо того чтобы скрыть неудобную правду о цене победы, — остаётся редким явлением в истории императорской власти любой эпохи.