Чехов даёт советы начинающим писателям в письмах — точные, конкретные, без лишней философии.
Несколько случаев особенно запоминаются.
Молодому Горькому он пишет: не объясняй, почему герой грустит. Покажи через действие — он выпил лишнее, он молчит, он мнёт шляпу в руках. Читатель сам разберётся, что к чему.
Про описания природы: луна, блеск, тишина — всё это давно стало банальностью. Лучше скажи: осколок бутылки блеснул на плотине, как звезда. Одна точная деталь — и ночь уже написана, без единого лишнего слова о луне.
Про первые страницы: начало должно бить как гром. Всё, что стоит до первого живого момента, — убирай без сожаления.
Сам он следует этому правилу неукоснительно: его рассказы начинаются сразу, без предисловий, без описания обстановки, без биографии персонажа перед делом.
«Дама с собачкой» начинается так: «Говорили, что на набережной появилось новое лицо…» Пять слов — и читатель уже там, на набережной, рядом с этим новым лицом.
Это не просто вопрос стиля. Это форма уважения к читателю: не заставлять его ждать того, ради чего он вообще открыл книгу.
Чехов умеет убирать. Возможно, это труднее, чем добавлять — и куда реже кто-то этому специально учится.