Та эйс хеаутон, «к себе самому». Так называется книга, которую мы знаем под позднейшим заголовком «Размышления».
Марк пишет не для публики. Он пишет себе, чтобы напомнить то, что знает и постоянно забывает применять. Оттого в тексте столько повторов: одна и та же мысль возвращается разными словами. Не потому что он забыл, что написал раньше. Потому что прежнее напоминание перестало работать.
Жанр этот почти без аудитории. Ни Луцилия, как у Сенеки. Ни учеников, как у Эпиктета. Только он сам, наедине с мыслями при свече.
Это делает «Размышления» текстом иного рода. В них нет риторики для убеждения, нет педагогики, нет попытки склонить кого-то на свою сторону. Есть человек, приводящий свои мысли в порядок без свидетелей.
Он себя упрекает. Напоминает себе забытое. Задаёт вопросы. Иногда отвечает тут же, иногда оставляет вопрос висеть.
Текст не закончен, по главам не выстроен, полон противоречий: одна и та же трудность решается по-разному в разные дни.
В этом и ценность. Мы видим мышление в работе, а не отполированный результат. Тип текста редчайший, в античности почти не встречающийся.