Калликл говорит вслух то, о чём многие думают про себя. Законы о равенстве придумало слабое большинство, боящееся сильного меньшинства. По закону природы право принадлежит сильному — и у зверей, и у людей.
Цинизмом он это не считает. По Калликлу, это честность перед собой. Великие — Ксеркс, Дарий — действовали именно так, не оглядываясь на договорённости.
Сократ не спорит с тем, что сильные берут себе больше. Он спрашивает другое: справедливо ли это? Калликл настаивает: справедливо, ибо таков закон природы. Сократ уточняет: тогда «справедливо» и «согласно природе» — синонимы, а справедливость лишается собственного смысла.
Разговор идёт долго. Калликл раздражается всё сильнее, Сократ делается всё спокойнее. Это уже часть довода: кто из двоих сейчас владеет собой?
Есть и вторая линия. Калликл приравнивает счастье к удовлетворению любого желания и получает в ответ образ: такая душа — дырявый сосуд, чем больше льёшь, тем сильнее хочется лить, и наполнить его нельзя. Калликл не сдаётся: пусть так, зато это живая жизнь, а не замороженная добродетель философов.
Платон вкладывает в уста Калликла самое сильное возражение против собственного учителя. Именно поэтому возражение и заслуживает серьёзного ответа.
Тезис Калликла жив до сих пор, только зовётся иначе: право сильного, политический реализм, естественный отбор в обществе. Ответ Сократа жив ровно так же.