Memento vivere — помни, что надо жить. Формула позднейшая, сложившаяся как ответ знаменитой паре, и в этом её смысл: одно напоминание без другого работает плохо.
Античность обходилась без неё, потому что не разделяла эти вещи. Гораций пишет о бледной смерти, стучащей равной ногой, и тут же зовёт открыть вино; Сенека рассуждает о краткости жизни, чтобы показать, что тратим мы её сами.
Разделение произошло позже, когда memento mori стало самостоятельным жанром — черепа, песочные часы, увядшие цветы. Напоминание, оторванное от второй половины, превращается в оцепенение перед неизбежным.
Стоики от этого прямо предостерегали. Мысль о смертности была у них рабочим инструментом для возвращения вещам их размера, а не поводом сложить руки. Марк писал, что жить надо так, будто ты уже умер, а остаток — подарок, — и вставал до рассвета.
Килингсворт и Гилберт в 2010 году получили устойчивое: блуждающий ум связан с худшим самочувствием независимо от занятия. Ум, ушедший в конец, платит серединой.
Обе формулы, если их держать вместе, требуют одного и того же действия. Заняться тем, что сегодня.