Герофил работал в Александрии при первых Птолемеях — в короткий период, когда вскрытие человеческих тел было разрешено. Ни до, ни после в античности такого не повторялось; через несколько десятилетий запрет вернулся, и анатомия почти на два тысячелетия вернулась к животным. Поздние христианские авторы обвиняли его и Эрасистрата в вивисекции осуждённых преступников; насколько обвинение справедливо, спорят до сих пор.
Сделанное им перечисляется коротко и весит много. Он различил нервы, сухожилия и сосуды, которые прежде смешивали, и разделил нервы на чувствительные и двигательные. Проследил их к головному и спинному мозгу и заключил, что средоточие мышления там, а не в сердце, как считал Аристотель. Описал желудочки мозга, оболочки глаза, двенадцатиперстную кишку — название дал он, по длине в двенадцать пальцев. Ввёл счёт пульса по водяным часам.
Сочинения его утрачены целиком; знаем мы его через Галена и Цельса.
Со стоиками у него был прямой спор, и спор существенный. Хрисипп помещал ведущее начало души в сердце и защищал это подробно; Гален потом разбирал его доводы и предпочёл им доводы Герофила. Случай редкий: анатомия опровергла философию наблюдением, а философия не сразу это признала.
Что читать: Гален, «Об учениях Гиппократа и Платона», книги I–II.