Сорок шестая глава «Руководства» запрещает ученику то, ради чего многие и приходят.
Никогда не называй себя философом и не рассуждай при невеждах о правилах. Делай то, что из этих правил следует. На пиру не говори, как надо есть, а ешь как надо.
Причина запрета изложена в «Беседах». Обучение у Эпиктета разбито на три части, и первая из них — не рассуждения. Первая касается желаний и отвращений, чтобы человек получал то, чего хочет, и не попадал в то, чего избегает. Вторая — побуждений к действию, чтобы поступки были уместны и обдуманны. Третья — согласий и суждений, то есть логика.
Ученики, замечает он, начинают с третьей: она красивее и в ней можно блеснуть. Начинать надо с первой, а она не выговаривается вслух.
Соседние главы объясняют, почему он на этом настаивает. Двадцать вторая предупреждает: возьмёшься за философию — приготовься к насмешкам; над тобой будут смеяться и говорить, что ты вдруг заважничал. Если станешь чваниться, будет ещё хуже.
Сорок восьмая перечисляет признаки продвигающегося. Он никого не порицает, никого не хвалит, ни на кого не жалуется, ничего о себе не говорит. Когда ему мешают, он винит себя. Когда его хвалят, он про себя смеётся над хвалящим.
Эпиктет учил в Никополе, куда попал после того, как Домициан выслал философов из Италии. К нему приезжали римляне из хороших семей, и часть их приезжала за отделкой, как за риторикой.
Ни строчки он не написал. Всё, что мы читаем, записал ученик, который потом стал наместником Каппадокии.