У Эпиктета крадут светильник. Хороший, железный — он держал его у домашнего алтаря, единственная, пожалуй, ценная вещь в бедной комнате.
Утром он замечает пропажу. И — ничего. Ни погони, ни жалоб соседям, ни вечера, потраченного на злость.
Он идёт и покупает новый. Глиняный, дешёвый, за пару медяков.
Логика простая, он проговорит её потом ученикам. Вор заплатил за железный светильник дорого — ценой того, что стал вором. Я потерял светильник; он потерял себя. Обмен вышел не в его пользу.
А чтобы впредь не терзаться, я завёл глиняный: у меня возьмут — потеря будет грошовая, и злиться будет не на что.
В комнате пахнет оливковым маслом и глиной. Новый огонёк горит ничем не хуже прежнего.
Он не делает вид, что вещи не важны. Он просто держит их так свободно, чтобы за них нельзя было ухватить и дёрнуть его самого.
Мы бесимся, когда царапают машину. Он на кражу ответил походом за трёхгрошовой лампой — и остался богаче вора.