Пиррон Элидский, основатель греческого скептицизма, славен невозмутимостью. О нём рассказывают разное, и все рассказы об одном.
Самый известный такой. В открытом море начинается шторм, корабль швыряет, спутники кричат от страха. Пиррон спокоен.
Его спрашивают, как это ему удаётся. Он указывает на свинью, которая продолжает есть из корыта, не замечая качки: вот так и следует держаться мудрецу.
Призыва уподобиться свинье тут нет. Есть другое наблюдение. Животное не знает опасности как понятия. Оно чувствует только то, что с ним происходит сейчас.
Человек боится не качки, а мысли о кораблекрушении, которую сам себе рисует.
Пирронизм и состоит в воздержании от суждения. Не «всё будет хорошо», а «я не знаю достаточно, чтобы судить». К шторму это приложимо прямо: я пока не знаю, погибну ли. Паника рождается из поспешного вывода, а не из факта.
Диоген Лаэртский приводит и другой рассказ, менее лестный. Друзья будто бы ходили за Пирроном следом, оберегая его от повозок и обрывов, раз он ко всему безразличен. Тот же Диоген передаёт и возражение: в житейских делах Пиррон был вовсе не беспомощен и дожил до девяноста лет.