Диоген Лаэртский сообщает, что Платон, рассердившись на раба, позвал Ксенократа и сказал: побей его, потому что сам я разгневан.
Сенека в трактате «О гневе» приводит ту же историю с добавлением, ради которого её и стоит помнить.
Платон, поднявший руку на раба, задержал её и остался стоять с занесённой ладонью. Друг спросил, что он делает. Наказываю дурного и гневливого человека, ответил Платон, — и опустил руку.
Той же ошибки он избежал и в другой раз. Заметив в себе гнев, он сказал провинившемуся: ты был бы наказан, если бы я не был разгневан.
Сенека приводит рядом и второй случай, ещё более известный. Архит Тарентский, вернувшись из отлучки и найдя своё поле запущенным, сказал управляющему: несчастный, я бы тебя выпорол, если бы не гневался. Наказывать он отложил.
Оба случая Сенека приводит с одной целью — показать, что гнев не помощник в наказании, а помеха.
Довод у него следующий. Наказание должно быть отмерено по вине, а гнев отмеряет по себе. Оттого судья, наказывающий в гневе, всякий раз наказывает не столько, сколько следует.
В диалоге «Законы» Платон разбирает это уже как законодатель. Преступления по страсти он предлагает отделять от преступлений по расчёту и наказывать иначе. А само наказание он считает не возмездием, а лечением.